Created with Sketch. Created with Sketch. Created with Sketch. Created with Sketch. Created with Sketch. Created with Sketch. Created with Sketch. Created with Sketch. Created with Sketch. Created with Sketch. Created with Sketch. Created with Sketch. Created with Sketch. 1 Created with Sketch. Created with Sketch. Created with Sketch. Created with Sketch.
Сообщество Рассказы о родах

Все записи пользователя Танюша в сообществе Рассказы о родах

Танюша 10 мая 2013, 21:31 , Оренбург ···
Мои третьи роды-как появился на свет Елисей.

Вот наконец-то я и собралась написать о своей третьей беременности и родах. Детки спят, передо мной компьютер, чашка молока и пара печенюшек…Это так, для подпитки мозга J

Итак, я начинаю…

   Прекрасным июньским днём, увидев две полосочки на тесте, я глубоко вдохнула и прошептала:»Спасибо тебе, Господи!» , так как искренне убеждена, что Бога надо благодарить за любые подарки, даже самые неожиданные.Осчастливленный новостью супруг тут же заявил, что он любое мое решение примет и поддержит…То есть, как обычно, самоустранился и предоставил всё решать мне самой… А что тут решать, конечно же, малыш будет жить…Муж предложил не торопиться с решением и сначала сделать УЗИ…Всё-таки возраст у нас обоих уже под 40, мало ли чего…Я пообещала, что всё сделаю, к врачу схожу, но уже знала в душе, что буду рожать по-любому…Некоторая растерянность и страх всё-таки у меня были. Как-то немного боязно было - как буду ходить беременность, как родные воспримут, что на работе скажут?

   К слову, у нас уже были выкуплены путёвки в Грецию и встал ещё один вопрос - ехать или теперь уже нет? Я подумала, что не стоит портить отпуск всей семье, поедем! Тем более, я уже ездила на море беременная Богданом и ничего плохого не случилось.

   Так или иначе, всё сложилось замечательно. Отдохнули мы прекрасно, вернулись счастливые домой и я встала на учёт к знакомой докторше в 8 недель. Выносила беременность спокойно.

   Мы долго никому ничего не говорили, до 12 недель молчали. Потом я сказала на работе, деткам, а потом и родителям. Все были очень рады, и на работе меня поддержали.

   ПДР мне ставили на 25 февраля. Где-то на сроке 37 недель я позвонила врачу, который принимал у меня вторые роды и договорилась с ним о встрече. Съездила в роддом, побеседовала с ним, Юрий Иванович назначил мне встречу на 19 февраля. Он должен был в этот день дежурить, сказал, что посмотрит  меня на кресле, готовность шейки проверит. Надо сказать, что я с самого конца я нваря уже ходила кряхтела и охала, что не дохожу до ПДР и вот-вот прямо рожать начну. Поясницу тянуло страшно и живот схватывало часто. Но так-таки и прошлёпала я до 18 февраля. А 18 -го февраля я проснулась рано-рано утром как от толчка. Открыла глаза, полежала, потом поднялась и поплелась в туалет. Только туда зашла, и тут из меня побежала на кафельный пол чистенькая такая водичка. Это так неожиданно было для меня и ново - прежние роды всегда начинались со схваток- что я вскрикнула «Ой, мамочка!». Потом вышла, глянула на часы - 4.20 утра. Вообще неудобное время, рано, все спят. Разбудила мужа, сообщила ему радостную весть, он, конечно же, хотел прямо вскочить и стремглав бежать куда-то, но я велела ему спать пока. Схваток-то всё равно ещё не было. Побрела я ванну, помылась, потом уложила волосы, подкрасилась, оделась.Пыхтя, натянула антиварикозные чулки Решила своим испечь блины.Пока возилась на кухне, какой-то неприятный червячок в душе зашевелился - а схватки-то где же, а если не начнётся всё само собой, а если стимуляция? Нет, только не это! С окситоцином Настю рожала - ужас ужасный!Но вот на часах 5.20 и первая схваточка пошла! Как же я была ей рада. Схватывать начало несильно, но стабильно через 5-7 минут. Я час еще послонялась, блины так и не допекла, как-то сразу не до них стало - не потому что больно, а потому, что мандраж какой-то накрыл, прямо радостное какое-то возбуждение, страха ни капельки.В 6.30 разбудила мужа, решила, что пора. Вторые роды были быстрые (2часа 45 минут с момента поступления в роддом) и я -наивная-была убеждена, что в третий раз вообще до роддома не успею доехать. Пока муж собирался, позвонила своему доктору, он сказал, что тоже выезжает.

   Выехали мы, было темно совсем ещё, я полулёжа, схватки продыхиваю, чем пугаю моего впечатлительного супруга. Доехали до центральных улиц (роддом в самом центре города), а там освещение яркое, народ туда-сюда снуёт, вобщем новый день зарождается. Приехали в роддом, Ю.И. уже там, ждет. Я с машины еле вылезла - штаны все насквозь мокрые от вод, прокладки не хватило,и такое ощущение, что между ног мячик - головка малыша прижалась к тазу. Сразу на кресло, доктор только руку в меня - воды так и хлынули. Господи, да сколько же их еще там. Ю. И. смеётся -« О, ну давай посмотрим наши кисельные берега!».Оказалось,открытие всего 2 см. Я слегка разочарована, думала больше, а доктор доволен-говорит всё хорошо, оформляйся. Ну, пошла я бумажки писать,переоделась в выданную мне рубашку (новенькая, с живописными такими красными маргаритками), пошла вещи мужу отдала и отправила его домой.Спросили меня, хочу ли я клизму - конечно же, хочу. Вобщем, подняли меня наверх, в родильное отделение, в индивидуальный родзал. Родзал хороший, светлый, окна выходят на оживлённую улицу 8 Марта -люди, машины - ну, самый центр города. А роддом этот у нас в городе старейший, я сама в нем родилась, и дочу рожала, Богдан только в другом месте родился, потому что этот роддом на реконструкцию закрывали. Здание старое, здесь такой сарай был раньше. А сейчас так хорошо, современно всё, вобщем замечательно.

   Первое, что бросается в глаза при входе в родильное отделение - над дверью большая икона Богоматери. И в моем родзале на подоконнике целый алтарь - тут и большая икона, и поменьше, и несколько совсем маленьких. Наверное, женщины приносят с собой и оставляют потом. Я тоже брала с собой образок, но не стала доставать, раз тут и так перед глазами такое великолепие. Пришла акушерка, сказала, что надо КТГ прицепить. Я спросила, надолго ли,она говорит - ну, на полчасика где-то. Это хорошо, что на полчаса только, я лежать в родах не могу - у меня схватки сразу пропадают, мне надо ходить постоянно, только тогда процесс движется - ну, такая вот особенность организма.Ну что ж, лежу под КТГ, пришёл Ю.И., спрашивает - схватки идут - да, говорю, он ответил, что КТГ мои схватки не фиксирует. Я тогда рассказала, что когда лежу - все ослабевает. Он говорит - ага, понятно, ну полежи ещё минут 10 и можешь вставать, нагуливать дальше. Время на часах уже начало десятого, пришла медсестра, спросила, принести ли мне какао. Да, я очень этому обрадовалась - кушать-то не стала дома, думала, что рожу быстро. Ю.И. сказал, что будет проверять раскрытие у меня где-то каждые 4 часа. Ну, то есть теперь часов в 11 посмотрит. Хожу по палате, думаю свои думки о малыше, стою перед иконами и мысленно благодарю Божью матерь за все и прошу не оставить нас с малышом в трудную минуту.

   Часов в 10 позвонила мама моя, говорит -вы где, Настя звонила, сказала, ты блины недопекла, что с тестом теперь делать. Господи, вот у людей проблемы. Я говорю - мама, я в роддоме. До неё опять не дошло - а когда приедешь? Я говорю - Мама! Я рожаю. Она тут же закудахтала, заохала, говорит тогда поеду к вам, блину допеку. Ой, да делайте вы что хотите - и смех, и грех!В 11 пришёл доктор, посмотрел открытие - 5см,да что ж такое-то, думаю, почему так долго?Он сказал, что всё идёт хорошо,предложил мне эпидуральную анестезию, я ответила, что планировала сама родить, без анестезии. Тут он удивился, что я отказываюсь, велел подумать. Говорит - открытие у тебя идёт небыстро, всё самое крутое ещё впереди, а ты встала рано,устанешь,не будет сил на потуги. Дал мне доктор время на раздумье и вышел.  Полчаса я металась в сомнениях, боялась очень укола в спину, спина - моё больное место вообще-то, да и вообще,как же так - двоих родила без всякой анестезии, такая вся крутая, а тут сдамся вдруг. Ну, вот что-то мне подсказало, что доктор мой прав-раскрытие еще небольшое и идет небыстро, ослабею. Вобщем, согласилась я. Акушерка моя посмеялась:»Ну ты даёшь, так долго думала ещё! Вот артистка - рожать не боится, а укольчика какого-то боится!» Я только спросила у Ю.И. - не будет ли вредных последствий для малыша и буду ли я чувствовать ноги, лежать-то не могу! Он сказал, что если бы было вредно, то он бы и не предлагал ни в коем случае, а насчет ног - ходить буду!

     В 12 часов пришёл весёленький дяденька анестезиолог,вколол мнев спину укольчик. Было больно и неприятно, анестезиолог тут же высказался по поводу моей больной спины, что мол такой хондроз, что аж хруст было слышно…Бр-р-р-р-р! Я хруста не слышала,но всё равно,противно стало от его слов.Воткнули мне ещё в запястье в вену иголку для катетера и примотали. Всё,говорят, можешь отдыхать, а лучше поспи и ушли. Я полежала-не спится, родзал на солнечную сторону, солнышко светит, на улице за окном движуха - машины, люди, светофоры. Короче, какой тут спать! Решила встать, осторожненько так на ноги поднимаюсь - все хорошо, ноги  ходят, только низ живота и верхняя часть бёдер онемели слегка. Схватки и так были у меня не сильно болезненные, а сейчас стала чувствовать их просто как напряжение матки. Мама начала названивать каждый час  - родила я или нет и почему так долго. В конце концов, меня это начало раздражать, ну откуда я знаю - почему долго, ну вот так вот Богу угодно, наверное. В итоге, я сказала, что не надо мне звонить, что у меня всё хорошо и как рожу - сама позвоню. Думаете, помогло? Куда там! Это же МАМА - и этим всё сказано.

     Хочу сказать, что вообще на протяжении всех родов, я одна в палате почти не оставалась. То доктор мой приходил меня посмотреть и стоял потом долго, разговаривал ( у нас общие знакомые). То акушерки приходили, им тоже скучно, поболтать хотелось о жизни. А я так хотела одна побыть наедине с собой и малышом, сосредоточиться. Но, воспитание не позволяло их всех послать - люди все хорошие такие, и относились ко мне так замечательно.А в те редкие минуты,что я была одна, на меня такие чувства накатывали - вот даже объяснить сложно.Грусть какая-то светлая,в душе аж всё переворачивалось.

    Тем временем, на часах уже около 14.00. Я начала снова чувствовать болезненность схваток, сказала своему доктору. Он пришёл, посмотрел раскрытие - 7 см., разрешил добавить ещё дозу анестезии. Анестезиолог появился, добавил мне дозу, полегчало снова.И опять потянулись минуты за минутой. Пришла медсестра, принесла мне компот из столовой, который я с жадностью выпила - начало сушить.Где-то в 15.30 я начала уже нервничать, устала. Устала не от боли, а от постоянного движения, больничных этих стен,проголодалась. И всё время боялась, что безводный период затянется и меня будут стимулировать. Врачу я сразу сказала, что боюсь стимуляции, особенно окситоцином (в первых родах испытала, что это такое) Во время очередного осмотра, Юрий Иванович сообщил мне, что малыш идёт лицом вверх. Вот ещё новость! А я-то никак не могла понять, откуда такое сильное давление на копчик и прямую кишку -оказывается, это ребёночек своим затылочком давит.Акушерки заглядывали ко мне и удивлялись - ты ещё не родила? Ну даёшь - третьего, и так долго рожаешь. Как будто, это от меня зависело. Позвала своего доктора, стала ныть ему, почему так медленно шейка раскрывается. Он спокойно так сказал, что не медленно, а всё прекрасно раскрывается, и быстрее не надо!

 В 16.00 анестезия перестала действовать, я попосила ещё, но Ю.И. сказал, что нельзя больше - открытие уже 9 см и скоро рожать будем. А меня тут  просто накрыло, давление на низ стало просто ужасным - ни сидеть, ни лежать, ни стоять я уже не могла, ни с кем разговаривать тоже. К тому же, меня пот прошиб, вся взмокла как мышь. Поясница просто отваливалась, я висела на подоконнике и ныла - ну давайте уже рожать. Ю.И. всё говорил - ещё не пора, я же вижу по тебе, что ещё не пора.Тогда я кое-как доползла до кровати и легла на бок - всё,не могу больше. Пришла акушерка и быстренько вколола мне в катетер на запястье какое-то лекарство. Я говорю - что это? Она отвечает - это трамплинчик(!?). Поможет шейке окончательно раскрыться. Ю.И. присел ко мне на кровать и говорит - ну, давай, потужимся. И я потужилась. Прямо почувствовала, как головка пошла из меня. Тут же все вокруг забегали, быстренько переодели меня в одноразовую рубашку, что-то подстелили под меня. А меня прямо тужит, выворачивает всю наизнанку. Наконец-то я узнала, что такое потуги - первых двух детишек рожала без потуг, так на боль тужилась просто. Врач и акушерка меня хвалят, со второй потуги вышла головка, Ю.И. говорит - обвитие нетугое. Я в шоке - откуда??? На УЗИ ни разу не показывало обвития. С третьей потуги Елисей выскользнул, его тут же положили мне на живот. Какой он был смешной -синеватого такого цвета, неонатолог растёрла его пелёночкой и он порозовел, потом начал вякать потихоньку. Я сразу заметила, что глазки у него тёмные (у старших деток светлые) Врачи чего-то там копошились вокруг нас, акушерка всё повторяла:» Какая ты молодец!» Так приятно! Я попросила, чтобы пуповину не перерезали, пока не отпульсирует. Немного подождали, сказали, что можно уже и отделили масю от меня. Потом я родила послед и потребовала, чтобы мне его показали. Показали. Похож на кусок печенки, только долей несколько. Сказали, что послед маленький для моего крупного ребёночка. Осмотрели меня, разрывов нет, всё хорошо!

    Попыталась дать грудь малышу, он не взял - акушерка сказала подождать минут 5-10, малыш ещё только родился, привыкает к окружающей обстановке. Чуть позже присосался, да так, что не оторвёшь))) Полежали мы с ним с часик где-то, мне принесли из столовой покушать сырники с повидлом и чай, я с жадностью всё это умяла, потому что проголодалась страшно.Пришли медсёстры, малыша взяли у меня, измерили, взвесили: 3800, 52 см. Одели, завернули, меня пересадили в кресло -каталку и покатили нас на второй этаж в палату ( я брала платную).

    Вот такая вот история. Подводя итог всему сказанному и анализируя все мои роды могу сказать: самые больные были для меня первые роды, самые быстрые -вторые, а самые мягкие, хоть и долгие - третьи. И несмотря на то, что они длились 12часов, я таких родов с чистым сердцем могу пожелать всем! Удачи всем тем, кому ещё только предстоит встреча с чудом и здоровья всем мамочкам и малышам! Спасибо, что дочитали до конца!

     

Поделиться
Танюша 7 ноября 2011, 10:58 , Оренбург ···
Вдогонку рассказ о моих счастливых вторых родах в 2005 году)))
Спасибо Интернету! Именно с этих слов я хочу начать своё повествование. Что бы я делала без той огромной массы информации, которую я нарыла, блуждая во всемирной паутине на протяжении практически всей беременности. 
Сколько рассказов о родах я перечитала, сколько авторских статей и форумов я посетила. А материалы, найденные мною в Инете по грудному вскармливанию, вообще стали для меня откровением и сослужили добрую службу не только мне, но и моей двоюродной сестре Наташе, с которой мы вместе ходили беременные. Эти бы знания мне да 7 лет назад, скольких ошибок можно было избежать и в родах, и в процессе вскармливания ребёночка. Очень нравились занятия для беременных при нашей ЦЖК, которые ведёт Долгих Ирина Анатольевна. Побывав всего на 2-х из них, я почерпнула столько полезного о том как вести себя в родах, что больше и не нужно было.
Итак, стоял месяц январь. Наконец-то, я получила на руки благословение врача с моей ЦЖК. Посмотрев меня последний раз, она заявила, что ребёнок, скорее всего, крупный и что рожу я наверное раньше ПДР (17 февраля). Заранее ложиться в роддом она мне не советовала: "Зачем? Ты же здоровая женщина! Дожидайся положенного срока дома". Накануне я уже договорилась о родах с врачом, всё тем же Феоктистовым Юрием Ивановичем. Других врачей я не знала, а о нём слышала лишь хорошие отзывы. Работал он пока в Перинатальном центре, так как роддом на ул. 8 Марта был закрыт на реконструкцию. Мило со мной побеседовав, Ю.И. дал мне свой сотовый и домашний телефоны и велел звонить "как только, так сразу". Последние недели пронеслись быстро. В заботах о муже и старшем ребёнке не особенно зацикливаешься на себе и своей беременности. Родственники начали доставать меня уже в конце января, но я сказала: "Мой срок - 17 февраля, вот начиная с 17-го и ждите". Но в душе-то я знала, что всё произойдёт немного раньше.
 Первая ложная тревога случилась 5-го февраля. Живот начал напрягаться довольно болезненно, я даже позвонила Ю.И. Он велел последить ещё пару часов за регулярностью схваток, если регулярные, то это "оно" и звонить ещё. Но через пару часов уже было поздно, я легла спать и безмятежно проспала всю ночь. То-бишь, всё "рассосалось". Зная, что если бы это были настоящие схватки, они бы уснуть не дали, я поняла, что надо снова набраться терпения и ждать. Затем всё повторилось 10-го февраля. В 11 утра меня разбудило болезненное сокращение матки. Даже не поняв, на яву ли это или приснилось, я посидела в постели и подождала - больше ничего. Следующая схватка была около 12-ти, потом примерно в 12:40. Я решила, что всё-таки какая-то регулярность есть и решила позвонить Ю.И. В 2 часа я дозвонилась до него. Он в это время был дома и велел мне последить ещё часа 2 за схватками, потом перезвонить. Я стала следить. Схватки шли уже минут через 20 по 10 секунд. Пришедшему на обед мужу сказала, что, наверное, поедем сегодня в роддом. Я всё ещё не была уверена, что это роды. Помню, Павел посмотрел на меня такими радостно - взволнованными глазами и сказал: "Что ты меня пугаешь?". Позвонила ещё утром мама и скзала, что нам надо вечером подъехать к ним на Чкалову насчёт приватизации. Это было часов в 12. Я пообещала маме, что мы приедем к ним, а о схватках ничего не сказала, очень хотелось все пока сохранить в тайне. В 4 я позвонила Ю.И. и сообщила, что схватки регулярные, через 20 минут по 15 секунд, но, может, это ещё не то. Он велел мне ехать в роддом. Вот там, говорит, и посмотрим - то или нет.
Сумка с вещами для роддома у меня была уже собрана. В неё заботливо уложены были крошечные носочки и шапочка для малыша. Это помимо всего остального. Вместе с супругом вышли на улицу, я побежала за Настей в садик, по дороге здоровалась со знакомыми людьми и думала: "Интересно, что бы они сказали, узнав, что у меня схватки во всю идут, а я тут несусь по улице, да ещё и в дырку в заборе лезу, чтобы путь сократить?". У Насти в группе, как всегда, душно. Я подгоняла её быстрее одеваться, во время очередной схватки прислоняясь к детским шкафчикам и мило беседуя при этом с нянькой. Потом мы с дочуркой вышли из садика и я, не желая волновать её, сказала, что мы с папой завезём её сейчас к бабуле с дедулей, а сами поедем кое-куда по делам. На что Настюшка ответила: "В роддом, да?". Ну разве я могла ей соврать? Дети очень чувствуют, когда их обманывают. Я взяла с неё обещание, что она ничего не скажет бабуле с дедулей и мы поехали.
Завезли Настю на Чкалову - и в роддом. Договорились с Ю.И. на 17:00, но немного задержались. В приёмном покое молодая приятная девушка осведомилась: "Вы к Юрию Ивановичу? Он вас уже ждёт". Я позвонила ему на сотовый и он велел мне оформляться. Я удивилась: "Как оформляться? Может, сначала меня посмотрите, а вдруг это ещё не то?". Он, смеясь, ответил: "Да нет уж, я уж знаю, что это то самое, давай оформляйся". Девушка взялась заполнять документы, периодически задавая вопросы, а я пока переодевалась в выданную мне рубашку, довольно новую, не драную, но всю сплошь в больничных штампах. В приемное отделение постоянно заходили с улицы какие-то люди, кого-то спрашивали, о чем-то осведомлялись, девушка относилась к этому абсолютно спокойно,а вот супруг мой не выдержал и заметил ей: " У вас тут прямо проходной двор какой-то. Переодеться просто невозможно спокойно." И никаких тебе процедур - ни бритья, ни клизмы, ни стрижки ногтей, ни мазюканья зелёнкой. Ю.И. говорил мне, что теперь этого ничего не делают. Хочешь, говорит, дома сама проделай все эти процедуры. Я, конечно, немного побрилась, но клизму делать не умею, и поэтому не стала. С собой разрешили взять телефон, бутылку негазированной воды, тапки и тетрадь с ручкой, а также носочки и шапочку малышу. Можно ещё было кружку, ложку, мыло, зубную пасту и щётку. Но этого я ничего с собой не взяла, решила, что назавтра мне родные принесут (а зря!). Нежно попрощалась с супругом и меня повели на 5-й этаж в родильное отделение, вернее, поехали мы на лифте. Ю.И. был в ординаторской и попросил акушерку отвести меня в родзал №1. Я удивилась - почему сразу в родзал? Оказалось, что это такой бокс отдельный. Там лежишь со схватками, там же и роды принимают. Мне лично очень понравилось помещение - чисто и современно, евроремонт, окна пластиковые. В комнате кровать, под нею судно, на стене в изголовье часы, тут же столик (в другом углу) для измерения и взвешивания ребёнка, раковина. Потом ещё шкафчик с какими-то медицинскими препаратами и в углу у окна родильное кресло. Пришёл Ю.И., посмотрел меня и сказал, что открытие уже 7 см, но пузырь цел и его надо прокалывать. Я уже знала, что это не больно, и не боялась. Осмотр и все процедуры он производил, пока я лежала на кровати. Хорошо, что не надо, как раньше, лезть на кресло. Итак, в 18:00 пузырь проколот. Ю.И. немного пошевелил во мне рукой (слил воды) и сказал, что теперь схватки пойдут сильнее. Я порадовалась, что шейка уже почти открылась, осталось ведь всего 3 см! Ю.И. ушёл, сказав, что будет неподалёку-в ординаторской-документы оформлять. Напоследок он велел мне считать схватки.
Первое, что я сделала - открыла окно, в боксе было жарко натоплено и душно. На улице уже смеркалось, зима ведь, но погода была хорошая, тихая. Родильных боксов подряд было штук 10. Стены между ними были стеклянные и можно было видеть, что происходит в соседнем. Но там ровным счётом ничего не происходило, все боксы были пусты. И вообще, тишина стояла просто гробовая. Я высунулась в коридор - ни души. "Ну, ладно", - решила я, и позвонила Павлу, сообщила о ходе дел. Он подбодрил меня и рассказал, что родители уже всё знают, Настя проболталась и теперь все с нетерпением ждут, волнуются. Я стала гулять кругами по боксу, нагуливая схватки и заметила, что они по продолжительности и интенсивности остались почти прежними, а стоит мне лечь - и вовсе прекращаются. Я тут же сообщила об этом Ю.И., который около 19:00 пришёл меня проверять. Он расспросил меня о первых родах и слегка нахмурился, узнав, что мне делали стимуляцию. Он сказал, что это называется "слабость родовой деятельности" и вышел. Я испугалась, что мне опять поставят капельницу как в первых родах. Но доктор вернулся с четвертинкой какой-то таблетки, и велел мне положить ее под язык. Потом мы ещё поболтали. Он рассказал мне как пользоваться ковриком и большим гимнастическим мячом для облегчения боли. Все эти причиндалы принесла медсестричка, шустрая и тихая. Я спросила - почему никто кроме меня больше не рожает? Он засмеялся и сказал, что роды обычно начинаются в плохую погоду. Когда вьюга или мороз, то роддом переполнен. А сегодня погода спокойная. Он спросил - побыть со мной или уйти. Я сказала, что хочу быть одна, так как заметила, что разговоры рассеивают меня и схватки становятся слабее. Ю.И. ушёл, пообещав приходить каждые 30 минут. А вообще-то, говорит, по идее ты должна где-то в 20:00 уже родить, максимум, в 21:00. Я ещё раз порадовалась, что уже скоро и принялась опять носиться по родзалу.

Абсолютно никакого страха и напряжения я не испытывала. Наоборот, мною владело какое-то радостно-возбуждённое состояние. Каждой схватке я радовалась безумно, а между схватками гладила пузико и потихоньку говорила: "Хорошо, малыш, давай ещё постарайся, я помогу тебе, миленький". Во время схватки я подходила к кровати, бралась за спинку и приподнималась почему-то на цыпочки. Так мне было легче. Ещё я старалась расслабиться и глубоко дышать, действительно очень помогало. В соседнем боксе началось какое-то движение, привели беременную, потом пришёл врач, смотрел её, что-то писал, потом сделал ей какой-то укол и все опять ушли. Появился в очередной раз Ю.И. и стал меня смотреть. Дождавшись схваток, он рукой помог шейке растянуться. Это, пожалуй, был самый неприятный момент, довольно болезненно, но зато ускорило процесс. Когда Ю.И. посетил меня в очередной раз ( в 20:00) я уже умоляла его не оставлять меня одну. Во время схваток я вставала на четвереньки на коврик и, опираясь на мяч, громко дышала и стонала. А доктор в это время делал мне обезболивающий массаж крестца. Периодически он просил меня лечь на кровать на бок и слушал стетоскопом сердцебиение ребёнка. В 20:30 я почувствовала, что меня тужит, о чём сообщила Ю.И. Он сказал: "Ну, ляжь на кровать, потужься". Кстати, забыла написать, что ещё в начале родов доктор меня спрашивал: "Ты решила, в какой позе будешь рожать?". Вопрос меня настолько обескуражил, что я не нашлась, что ответить, а глупо уставилась на родильное кресло, стоящее в углу. И какая на нём может быть поза, кроме "цыплёнка табака"?. "Туда даже не гляди, рожать будем на кровати" - сказал Ю.И. Ну так вот, легла я на бок, верхнюю ногу притянула к животу и стала тужиться. Но стало очень больно, я тут же пожаловалась Ю.И., на что он невозмутимо ответил: "Вот и хорошо, а ты тужься на эту боль". Я собрав волю в кулак, и перестав жалеть себя, "потужилась на боль". Сразу стало легче, хоть и больно, но как-то по-другому. Ю.И. посмотрел меня и сказал, что головка пошла очень хорошо и быстро, а постель не готова. Кое-как подняв меня с койки, он велел мне сесть на корточки и тужиться над судном, а сам побежал звать акушерку и медсестру. Все тут же примчались, засуетились,а я сижу на корточках и вою, ощущение распирания ужасное, кажется, что меня сейчас разорвёт пополам. Медсестра впопыхах стелит принесенный мною стерильный комплект и хочет переодеть мне рубашку, но я не даюсь и ковыляю к кровати. Ю.И. махнул медсестре рукой - ладно, мол. Я валюсь на койку как мешок, опять подступает потуга. Ю.И. говорит - давай, я тебе помогу приподняться, полусидя будет легче, но я не хочу. Он всё равно берёт меня за плечи и устраивает в положении полусидя. А я хочу в этот момент лишь одного - чтобы все отстали и дали мне потужиться. Что я и делаю. С 2-х потуг родилась головка. Акушерка радостно сообщает: "Голова родилась и глазами хлопает". Я этого, конечно же, не вижу, так как малыш лицом вниз. Задыхаясь, бормочу сыночку: "Мой золотой!" Потом я тужусь ещё 2 раза, но плечи никак не хотят родиться. Я даже немного испугалась. Но акушерка говорит: "Широкоплечий ребёночек. Юрий Иванович, помоги". Ю.И. надавил на мой живот и сынулька выскользнул на руки акушерке. Время 20:45. Они тут же положили его около моих ног на кровати мордашкой вниз и вдвоём с медсестрой быстро прочистили ему носик и ротик. Малыш тут же запищал.
 Как радостно было слышать этот милый сердцу голосишко. Медсестра тихо спросила у акушерки: "Что это у него?" и показала на спинку. Я тут же всполошилась: "Что там?". Да ничего, смазка, ответили они. Пуповину быстренько отчикали, одели сынулю в шапку и носки и положили мне на живот, прикрыв сверху пеленкой Ощущения просто неописуемые. Ребёнок показался мне безумно красивым и так трогательно похожим на мужа. К тому же, он неожиданно очень вкусно пах. Тем временем, я благополучно родила послед и была совершенно уверена, что вся порвалась, так как промежность невыносимо жгло и щипало. Но акушерка, посмотрев меня, сказала, что всё в порядке. Потом у меня забрали малыша, чтобы измерить и взвесить. Я наблюдала, как акушерка ловко меряет его и взвешивает, комментируя: "3700, 54 см". 8/8 по Апгар. Пока сын лежал у меня на животе, я успела обрадовать счастливого мужа, позвонив ему по мобильнику. Минут через 10 вошла медсестра и сказала: "Какие параметры у ребёнка скажи, а то там твои родственники весь телефон оборвали уже". Я сказала. Малыша опять вернули мне уже завёрнутого в казённую пелёночку и акушерка помогла мне пристроить его к груди. Сын будто только того и ждал, присосался жадно. Я лежала в родзале ещё довольно долго, подходила акушерка, и мяла мне живот, чтобы сгустки крови вышли. Потом меня вместе с малышом перекинули на каталку и вывезли в коридов. Сынок задремал, а я лежала в коридоре еще довольно долго. Потом проснулся малыш и начал кричать, тогда меня покатили в палату. Ехать было довольно неудобно, каталка показалась мне узкой и высокой, я боялась свалиться с нее вместе с малышом. Всю дорогу сын плакал довольно громко. Разместили нас на 1-м этаже в 2-х местной палате. Всю ночь сын висел на груди, вякал и не спал. Я, соответственно, тоже не спала, нарезала круги по палате с ним на руках, качала его. Пришедшая на шум пожилая детская сестра сказала, что у моего малыша болит головка, потому что он крупновес, а значит в родах ему пришлось тяжело. Она уговаривала сынулю :" Поспи, малыш, поспи и головке легче станет". Но сын презрел все советы и пищал вовсю. А может, ему и вправду было плохо? Так я и не спала почти до самой выписки. Даже глюки начинались. Малыш вел себя очень беспокойно, успокаивался только у груди и разгрыз мне все соски напрочь.
На 2-й день нас посетил наш папа, пришел прямо в палату , никогда не забуду его лицо и глаза, как счастливо и нежно он смотрел на нас с малышом, как впервые взял сына на руки. Навещали также остальные родственники, прыгали под окнами от мороза как зайцы, морозы начались страшенные. Но мы в палате этого не ощущали - топили отменно. К слову, условия были довольно сносные, кормили только отвратно. Да я в столовую почти не ходила - ела что родные передавали. Да, еще не понравилось, что белье и пеленки детские приносили постоянно сырые. На мой вопрос - почему - тетечка -раздатчица белья обиделась и сказала:" Они не сырые, а влажные" Просто замечательно! Пеленки досушивали сами на батарее в палате. А так, все устраивало, убирались у нас часто, даже слишком, белье меняли каждый день.
Выписывали нас 14 февраля, в День Святого Валентина. Погода стояла морозная и ветреная. Ну, вот и вся история светлых и прекрасных родов. Всем-всем женщинам желаю таких же. Ю.И. сказал мне, смеясь: "Ну, раз тебе так понравилось, приходи к нам ещё!". Что ж, подумаем над этим!
Поделиться
Танюша 7 ноября 2011, 10:35 , Оренбург ···
Как я рожала в прошлом веке)))

Девочки, может, кому-то будет интересно прочесть, как родилась моя доченька, которой уже 14-й год идёт...Наткнулась вот на свой рассказ о родах и решила поделиться с вами. Извините, под кат убирать не умею...


Итак, стояло небывало жаркое лето 1998 года. Асфальт плавился под каблуками босоножек, когда я шагала в Городской роддом, что на улице 8 Марта (это сейчас он после ремонта у нас супер-пупер, а тогда был сарай сараем). Накануне была у врача в ЦЖК и мне сказали, что просто необходимо лечь в роддом за неделю до ПДР (18 июля). На вопрос - "Почему?" ответили: "У Вас ведь резус отрицательный". На мои робкие попытки возражать, что антитела за время всей беременности в крови не появились, ответили: "Нет уж, все равно ложитесь, на всякий случай". Ну очень любят наши медики перебдеть.

К слову, беременность была совершенно беспроблемная, не считая падения в обморок в аптеке в один из жарких дней и лежания неделю в Инфекционной больнице по поводу отравления Ташкентскими помидорами.


В роддоме меня встретил прекрасный врач Феоктистов Юрий Иванович. Посмотрев меня и изучив довольно бегло мою обменную карту, он сказал: "Иди-ка ты, милая, домой. Ну что ты здесь будешь лежать? Роддом у нас переполнен, душ один на два этажа, жарко. Когда у тебя, говоришь, срок? Восемнадцатого? Вот семнадцатого и приходи!"


Я страшно обрадовалась, что ложиться не надо, по правде говоря, сия перспектива меня нисколько не вдохновляла.


Последние дни ожидания тянулись мучительно долго, изнуряла жара. Муж тоже заметно нервничал. Да еще и родственники приставали постоянно: "Когда же?" да "Когда же?"


В пятницу утром опять отправилась к Юрию Ивановичу. Посмотрев меня, он как-то загадочно улыбнулся и сказал: "Ну, теперь-то я вижу, что дело пошло! Скорей всего, сегодня вечером ты уже будешь у нас. Шейка-то уже совсем готова к родам". Доктор велел мне идти домой, собрать вещи, самой побриться и ждать начала родовой деятельности.


Я полетела домой счастливая. В голове билась мысль: "Уже скоро, скоро!" Но жара и поездка в роддом меня утомили и, придя домой, я прилегла отдохнуть и уснула. Спала я беспокойно, скорее дремала. Мешал живот, который побаливал, даже не побаливал, а тянул книзу. Я решила, что это предвестники, которые мучали меня последние две недели. Рядом со мной дремал супруг, пришедший с работы. В общем, "у нас сиеста". Около 17 часов я встала и пошла в туалет, где из меня вытекла какая-то слизь желто-розовая, и довольно много ее было. Я решила немедля ехать в роддом, ведь это пробка отошла. Вот какая я была молодая и глупая, могла бы спокойно еще несколько часов побыть дома. Но мне уже не терпелось, нервы были просто на пределе.


С помощью мужа побрилась, собрались, поехали. По дороге нас остановили ГАИшник, супруг сказал: "Командир, я жену везу в роддом, рожает", и нас отпустили тут же. Так странно было думать о себе, что я рожаю, еще не доходило. По пути заехали за мамой. С нами увязались еще племянник Никита и соседка. Так что провожал меня целый табор.


В приемном отделении меня встретила пожилая спокойная тетечка. Все расспросив, записав и измерив мою температуру, она вручила мне огромные портновские ножницы и велела остричь ногти. Я сказала, что дома уже остригла, но тетечка заявила, что это недостаточно коротко. "Режь под корень," - велела она и я, вздохнув, обкорнала свои многострадальные ноготочки.


Потом меня повели делать клизму. К этой процедуре я отношусь спокойно и не понимаю, почему некоторые женщины высказывают такой негатив. С чистым кишечником куда легче и проще в родах.


Вот что меня поразило, так это то, что тетечка помазала мои соски, ногти и концы пальцев на руках зеленкой, будто в природе не существует другого дезинфицирующего средства, не такого пачкучего. Видок у меня, конечно, был что надо. Вдобавок, верно для полноты образа, нарядили меня в такую ветхую ночнушечку, страшненькую и короткую, всю сплошь в больничных штампах и с вырезом до пупа. Из своих вещей позволили взять только тапки.


Ну вот, я и готова. Наверх меня провожала молодая медсестра. Завела меня в какую-то невзрачную комнату и сказала: "Вот, располагайтесь." От вида этой комнаты я испытала просто эстетический шок и даже не сразу поняла, что это здесь мне предстоит рожать. Помещение было длинное и узкое, голое, с какими-то казарменными крашеными стенами. Из мебели - 4 железные кровати с панцирными сетками. На одной из них уже лежала молодая женщина в родах. Мы познакомились, звали ее Саша. Она тут же сообщила, что схватки - это очень больно, прямо-таки терпеть никак нельзя и начала охать и стонать.


Я присела на койку и осмотрелась. Постели представляли собой какие-то тонюсенькие матрасы, а поверх них тощие подушки и все это поверх застелено медицинской клеенкой. И все! Дверь в коридор открыта и мимо нашей палаты беспрестанно ходят и заглядывают в нее множество людей - медперсонал и беременные женщины, по виду вовсе не рожающие. Оказалось, прямо за стенкой женщины лежат "на сохранении". Вот бедняжки! Лежать по 2-3 недели, по месяцу и слушать бесконечные крики рожениц и днем и ночью. Нервы какой беременной женщины это выдержат?


Вскоре меня позвали в смотровую. Врач, приятный молодой мужчина (имя забыла), осмотрел меня и сообщил, что открытие 4 см., но пузырь цел и его необходимо вскрыть. С этими словами доктор взял какую-то длинную спицу и направился ко мне. Видимо, в глазах моих мелькнул ужас, потому что он поспешил меня успокоить: "Это совсем не больно, не бойтесь, просто инструмент так страшно выглядит". Действительно, я боли совсем не почувствовала, только теплая водичка хлынула в подставленный врачом лоток. Врач дал мне подкладную и сказал: "Ну вот, теперь схватки станут интенсивнее." Я сообщила, что схваток у меня еще не было никаких, на что он ответил:"Раз открытие есть, значит были и схватки. Живот болел днем, да? Ну, вот это и были схватки."


Немного удивленная, бреду в свою палату. Ночнушка сзади намокла от вод и между ног мешает подкладная, которую необходимо держать обеими руками. А как иначе, иначе она упадет! Улеглась я на правый бочок на свою неудобную койку и принялась ждать обещанных "интенсивных" схваток. А, ну вот, что-то похожее вроде бы начинается. Боль похожа на то, как тянет живот при месячных, только немного сильнее. Итак, пузырь мне прокололи в начале седьмого, вечером. Зашла медсестра и сказала подойти к окну. Подошла и вижу своих родственников, они все еще не уехали - жаждут узнать, как у меня дела.Говорю, мол, все нормально, пузырь прокололи. У мамы и соседки вид ужасно радостный, а муж смотрит на меня как на инопланетянку и вообще вид у него какой-то отстраненный - переживает, наверное. Наконец-то, мои провожатые удалились.


Я улеглась на кровать и провалялась на боку часов до 8. Заходил разок мой врач. "Ну,- говорит, - схватки идут?". "Да,- отвечаю,- идут". Но, честно говоря, схватки-то были так себе, одно название. А я ведь не знала, какие они должны быть и думала наивно: "Ну, если это и есть родовая боль, то ерунда сущая и терпеть очень даже можно". Единственное, что отравляло мое безмятежное лежание на койке - это моя соседка по палате. Она просто ужасно себя вела, вопила, заливалась слезами и без конца выбегала в коридор, где сообщала всем встреченным ею беременным как ей плохо и больно.


Она так отвлекает меня от моих собственных ощущений и даже пугает, что я шлепаю по коридору к моему доктору и прошу "сделать что-нибудь" с моей соседкой, а то мочи нет слушать. Он улыбается мне в ответ и обещает прийти. Вскоре он появился и объяснил Саше (так звали соседку), что ей сейчас сделают укол, чтобы она поспала и отдохнула. Затем он занялся моим осмотром и сообщает, что прошло почти 2 часа а открытие всего 5 см., плохо, мол открывается, медленно. Будем, говорит, делать стимуляцию. Хоть бы он мне сказал - что, мол, лежишь-то все, встала бы, походила, подвигалась, тогда и схватки станут интенсивнее. Так нет же - сразу стимуляция. Ну, сказано - сделано. Вот уже тащат капельницу и, укладывая меня на спину, втыкают. Мало того, что положение на спине я всю беременность категорически не выносила, так еще и схватки пошли такие! Тут-то я поняла почем фунт лиха и даже перестала обижаться на шумную соседку, вошла, так сказать, в ее положение. Самое гадкое было то, что нельзя ни сесть, ни встать, ни на бок лечь, в общем, состояние свое никак не облегчишь.


Саша тем временем затихла, ей сделали укол. Краем глаза я замечаю, что остальные две кровати тоже уже заняты роженицами. Когда их привели, я не поняла, так как была слишком занята собой. Я пыталась правильно дышать, и мне это немного даже помогало, но расслабиться во время схватки все равно не получалось, я напрягалась, и от этого было еще больней.


Вдобавок, проснулась Саша и опять принялась вопить, пугая до обморока вновь прибывших в нашу палату рожениц. Потом ее начало тужить, и к ней пришла молодая акушерка и учила ее тужиться, обхватив колени руками. Саша тужилась и просила нас: "Отвернитесь, не смотрите, я стесняюсь!" А я и так не смотрела - самой было тяжко. Потом ее увели в родзал, мы остались в палате втроем.
Пару раз к нам заглянул негритенок - чернокожий студент из мединститута. Его черную физиономию странно было видеть в больничном интерьере и ужасно смешно, хотя, конечно, совсем и не до смеха.


Лежать мокро. Подкладная пеленка, которую мне дал доктор, давно уже пропиталась насквозь, мокрый весь низ рубашки. Сыро и противно, а от клеенки еще и холодит. Когда я захотела в туалет по-маленькому, медсестра принесла судно, и я сделала свои дела, чувствуя себя какой-то инвалидкой. В какой-то момент меня довольно сильно затошнило. Я позвала медсестру, в надежде, что она даст какую-нибудь посудину, но она сказала: "Ну вам же дали полотенце, пусть в него тошнит". После этой фразы совершенно расхотелось тошнить. Ко всему, очень стесняло постоянное присутствие в палате посторонних, то бишь остальных рожениц. Все-таки чужие люди, а приходится при них всякие неприглядные физиологические отправления делать.


Одна из моих соседок по палате, Наташа, весь период схваток провела стоя. Всякий раз, приходя в себя в паузах между схватками, я видела ее перед собой стоящую в дверном проеме и вцепившуюся в косяк. Когда я ее спросила: "Почему ты не ложишься?", она ответила: "Мне так легче". "А почему молча?" "Терплю!" - говорит.


Я же терпеть уже не могла и вопила довольно громко, но не настолько, чтобы пугать окружающих. По-крайней мере, врачи мне замечаний не делали. Напротив, когда меня начало тужить, пришел мой врач. "Давай, - говорит, - посмотрю я тебя, а то слышу ты уже по-другому стонать начала, с покряхтыванием". Посмотрев, сказал, что скоро уже в родзал. Я страшно обрадовалась, но оказалось еще рано и надо еще тужиться лежа в палате, как врачи говорили, "работать".


Времени было уже около полуночи. Под капельницей я провела около 4 часов и ненавидела ее всеми фибрами души и тела. На спине лежать было уже просто невыносимо, в голове стоял туман от боли и усталости.


Врач мой ушел и прислал вместо себя молоденькую акушерку, которая села рядом со мной на кровать и велела мне тужиться, обняв колени руками и притянув их к животу. Я старалась как могла, а акушерка меня подбадривала: "Вот, молодец, я уже головку вижу с черными кудряшками". Мешало и ужасно злило, что соседки по палате во все глаза наблюдали за процессом. Акушерка, видно заметив мое смущение, сказала: "Ничего не стесняйтесь, роды это такой процесс, физиологический, и ничего в них красивого нет."


Но вот, наконец-то, заветное слово: "Пора". Я радостно вскакиваю, в надежде, что мне отсоединят, наконец, постылую капельницу. Ан нет! Приходится ковылять с ней по коридору, а медсестра тащит следом за мной стойку. На выходе из палаты медсестра предупредила меня: "Если по пути в родзал захочешь тужиться, остановись и потужься." Испугавшись перспективы тужиться в коридоре, я бегу со всех ног. Она еле за мной поспевает и войдя в родзал со смехом говорит акушерке: "Бежит галопом, думает что ребенка выронит. Нет милая, еще надо будет поработать!" Я не понимаю ее - чего там еще работать! Ощущение такое, что головка ребенка уже прямо-таки торчит у меня между ног. У порога родзала меня переодевают в чистую рубашку (наконец-то), насчет бахил не помню, соображала уже слабо. Затем велят лезть на родильное кресло. Еле-еле взгромождаюсь, кажется ужасно высоко. Роды принимает акушерка Людмила Николаевна, очень приятная женщина лет под 50. Ей помогают молодая акушерка Люда и медсестра.


Наконец-то меня освобождают от капельницы. Но, к великому моему беспокойству и страху, я понимаю, что схватки и потуги вдруг куда-то исчезают, я не чувствую уже ничего кроме усталости и чувства распирания между ног. Вокруг меня в ожидании стоят трое медиков. К счастью, Л.Н. заметила мое состояние и спокойно предложила потужиться произвольно, вне схватки. Я попробовала это сделать и поняла, что все хорошо, у меня получается!


Л.Н. помогает мне, поправляет меня и ободряет, говорит, что делать. Все очень мягко и корректно. Молоденькая Люда выводит головку ребенка. Коварные потуги исчезли опять в самый неподходящий момент - когда дочкина головка уже вышла. Врачи закричали: "Старайся, тужься, а то задушишь ребенка!" Я с перепугу натужилась изо-всех последних сил, и малышка выскользнула из меня, чего я совершенно не почувствовала, только услышала ее громкое вяканье. Так прекрасно звучал для меня этот первый крик моей малышки! Л.Н. сказала: "Какая большая хорошая девочка". И глянула на часы: "00-50, запомни," - сказала она мне. На столе я провела всего 15 минут.
В родзале 2 кресла и, повернув голову, вижу на втором Наташу. Когда её привезли, я не видела, как раз рожала.
Около нее никто не стоял, так как были заняты со мной. Она тужилась, а рядом, спиной к ней, акушерка копалась что-то с инструментами и ворчала: "Неправильно ты тужишься, чего пыхтишь? Ты так и до утра не разродишься. Видела как Таня сейчас тужилась? Вот так надо!".


Так приятно мне было слышать эти слова, так я загордилась, но Наташу было жалко немного.


Настеньку, мельком показав мне, понесли измерять и взвешивать.


Да, забыла сказать, что закричала она сразу, даже не закричала, а вскрикнула. Так прекрасно звучит для матери этот первый крик...
Прямо напротив моего кресла было окно, а рядом столик, где измеряли деток. Медсестра положила её на столик и отошла что-то взять.

А я лежу, перед мной за окном прекрасное июльское небо, деревья, ночь, а рядом на столике шевелит ручками-ножками и кряхтит существо, только что бывшее со мной одним целым, а теперь ведущее свою собственную загадочную жизнь. Вернулась медсестра, быстро обтёрла малышку, взвесила и измерила. "3600, 54 см" - сообщили мне. Класс!


Потом дочку завернули и унесли. Тем временем я благополучно разрешилась от последа. Медики, все втроём, внимательно его рассмотрели и сказали, что всё в порядке, послед цел.


Потом посмотрели меня. Л.Н. сказала, что есть маленькая царапина во влагалище. Это Люда царапнула, когда выводила головку. Мне быстро наложили 1 шовчик, было совсем не больно.


Потом меня перевалили на каталку и вывезли в коридор, положив на живот пузырь со льдом.


Молоденькая медсестра принесла Настю и, ловко высвободив мою грудь из рубашки, приложила к ней ребёнка. Дочка присосалась было, но медсества тут же её отняла, сказав: "Сосать умеем, хорошо".


И опять унесла.


В коридоре я лежала недолго, пришли две весёлые девчонки-санитарки и потащили меня в палату. Там помогли мне перелечь на кровать. Моя койка была последняя, 8-я в палате. Остальные 7 были заняты родившими накануне. Рядом со мной лежала та самая "шумная соседка по палате", родившая девочку на 2600 передо мной.


Она не спала, мне тоже не спалось. Состояние было какое-то радостно-возбуждённое, и мы проболтали с ней до утра, пока не принесли на кормление ребёнка девочке с 1-й кровати. Она родила 2 дня назад, и у неё уже пришло молоко.


Мы страшно завидовали ей, хотелось тоже скорее увидеть своих деток. Но таковы раньше были традиции советских роддомов. Малыши лежали отдельно.


Утром, конечно же, прибежал счастливый муж. Новоиспечённый папа выглядел слегка припухшим (всю ночь с родителями пили за здоровье дочки и внучки), осыпал меня нежностями. Преимущество летних родов - можно вылезать в окно хоть по пояс.
Утром я встала и чувствовала себя довольно сносно, только в ногах была какая-то противная дрожь, да ещё удручало, что приходилось ковылять и постоянно придерживать обеими руками подкладную, а то при отсутствии нижнего белья можно было запросто совсем её потерять.


Трусы в роддоме не разрешались категорически, и когда я через 2 дня после родов этот запрет нарушила, врач увидел на мне трусы во время осмотра и ругался страшно. Но я всё равно не слушалась и носила трусы - пусть объяснят, почему нельзя.
Родила я в ночь с пятницы на субботу. В воскресенье мы с девчонками взмолились, чтобы нам поменяли рубашки. После родов ведь потеешь страшно (лишняя жидкость выходит), да ещё и жара стояла, на что нам ответили: "Автоклав по выходным не работает". Пришлось терпеть до понедельника.


И вообще, Роддом буквально поразил своими условиями, точнее отсутствием оных. Туалеты запущенные, душ один на 2 этажа. Очередь на помывку занимали с утра. Но! Персонал просто прекрасный, очень душевный. Ни от кого я не услышала грубого слова, очень высокий профессионализм.


Кормили, кстати, тоже очень хорошо. Хотя я в буфет ходила всего раза 2. Родственники еду таскали исправно.


Дочку приносили кормить по часам. Я её кормила, а потом разглядывала, лежала с ней на койке, целовала её, гладила, но развернуть так ни разу и не осмелилась, потому что боялась, что не смогу обратно запеленать!


Так что голенькую я её увидела только дома, 24 июля, когда нас с ней наконец-то выписали. Вот, в общем-то, и вся история рождения моего любимого, славного, милого человечка, которой уже 13 лет.


Этот день я помню в подробностях, несмотря на то, что столько лет прошло и буду помнить всегда, потому что это память сердца и память моей души.

Поделиться